Главная / Национальная безопасность / Письменные объяснения

 

Тем не менее впоследствии Скрипник жаловался, что это не принесло результатов:«К сожалению, надо признать, что в нашей прессе этот аспект "Шахтинского дела" не подчеркивался: он не был представлен в виде отдельной темы и не был проанализирован с точки зрения теории национальной политики.

А ведь этот факт имеет значение, очень большое значение.

Письменные объяснения, признания и свидетельства шахтинских вредителей ясно показывают, сколь враждебно они были настроены по отношению к национальной политике партии на Украине. Они продемонстрировали свою великорусскую ориентацию. В своей практической работе они оказывали фанатичное сопротивление украинизации хозяйственных органов… отвергая… все, что хотя бы пахло украинским языком».

Эта цитата в очередной раз показывает, что Скрипник прекрасно понимал политическое воздействие террора. Он также добивался, чтобы «Шахтинское дело» воспринималось в русле определенной политической линии. Шахтинских диверсантов надо было покарать за яростное сопротивление, которое оказывали украинизации всесоюзные хозяйственные органы.

Однако и здесь он потерпел явное поражение. 20 марта 1930 г., в разгар процесса над СВУ, Скрипник в письме Косиору попросил, чтобы в деле СВУ было достигнуто некоторое равновесие. Он настаивал на том, чтобы свидетелю со стороны защиты разрешили рассказать о том, каким потенциалом обладала ВУАН для развития украинской национальной культуры.

Но Скрипнику и на сей раз ничего не удалось.

Процесс над СВУ стал моделью для проведения террора против националистов и на Украине, и в других национальных республиках. По этой же схеме впоследствии рассматривали дело «Украинского национального центра» (1931), дело «Украинской военной организации» (1933) и огромное множество других дел (19331938).

Суды над великорусскими националистами были частыми, но они, как правило, проходили в центре, получали менее шумную огласку и, что еще важнее, не имели той связи с национальной политикой, которую Скрипник пытался приписать «Шахтинскому делу»202.