Главная / Национальная безопасность / Кампании террора эпохи культурной революции

 

Националкоммунизм может превратиться в националистический коммунизм.

Втретьих, кампании террора эпохи культурной революции были нацелены против «местных националистов», рьяно поддерживавших коренизацию, а не против «великодержавных шовинистов», сопротивлявшихся ее осуществлению, то есть борьба с национализмом велась гораздо более жесткими методами.

А если учесть, что террор использовался властями в качестве сигнальной системы, то нельзя не признать, что это вызывало сомнение в том, что центр действительно поддерживает коренизацию. Кроме того, хотя террор был направлен в основном против национальной сменовеховской интеллигенции, при этом был арестован и ряд националкоммунистов, что усиливало подозрения в их лояльности. Вчетвертых, социалистическое наступление сопровождалось усилением централизации страны.

Но самым главным, пожалуй, была уверенность в том, что националкоммунисты, по существу, противопоставляют себя центру и потому являются предателями. Впятых, возникало ощущение, что положительная деятельность не способствует укреплению единства наций в СССР, потребность в котором была велика в условиях, сложившихся в результате социалистического наступления и усиления внешнеполитической угрозы.

И все это толкало к пересмотру русского вопроса.

В империи положительной деятельности русское национальное самосознание сознательно притуплялось для того, чтобы укрепить единство многонационального советского государства.

Но уже в 1930 г. Сталин выразил озабоченность недовольством русских, к которому привела эта стратегия.

Враждебное отношение к традиционной русской культуре в Белоруссии и на Украине (но не на советском Востоке) также воспринималось как свидетельство прозападных и, следовательно, антисоветских настроений.